информационно - аналитическое издание
Осетинское Радио и Телевидение

Хубулов Сармат Емзарович, 1990 г.р., художник.

7 августа был в Цхинвале. нас было 7 человек -бабушка,дедушка,  тетя, две маленькие сестры и племянник. Мы все пошли спать, ведь Саакашвили сказал, что прекращают стрельбу.  Мы спали, вдруг начались  взрывы.  
Один из минометных снарядов попал в наш балкон.  Мы сразу побежали в подвал,  я взял документы, что потеплее из одежды. Часа через два стрельба прекртилась,  я поднялся и лег спать. Мы ведь привыкли, что обычно стрельба быстро прекращается, я спал, когд начали стрелять из Града,  я вернулся в подвал - уже на целых 4 дня.

Улица Ленина горела. Утром около 9 часов  в городуже вошли грузинские танки. На нашей улице, по Таболова, было 4 танка, и они стреляли прямо в наш корпус. Ну, пока они разворачивались, мы думали, что это русские, выглянули из подвалов, а они нас заметили и стали ро подъезду бить.  Потом они вышли из танков и взломалм соседний магазин, кафе "Асель", достали пиво, расселись на танках и стали петь по-грузински. Потом они заглянули  в подвал, но спускаться не стали,  и ушли. А потом люди говорили (наш сосед с улицы героев, Александр), что некоторые из них говорили по-осетински, они сказали : "не бойтесь, мы осетины." Возле пекарни в соседнем подвале сидели женщины и дети. Там женщина какая-то выглянула на осетинскую речь, они сразу в подвал  гранату запустили.  

Вечером того же дня по нашей улице машина проезжала, отец ребенка хотел увезти. Они почему-то притормозили на перекрестке Исака и Героев, и сзади в них выстрелил танк.  Причем они знали, что в машине ребенок. это видели соседи, этот случай почти весь город знает.   А еще я негров видел своими глазами. Вот как это было: я в затишье побежал к матери на вокзал, она там рядом живет. А потом снова стрелять начали, пришлось там остаться, потому что туда уже приближались танки. Мы были в подвале - несколько военных, друг, сосед, еще 4 парней. Когда танки достаточно приблизились,  мой друг, Славик,  подбил их из гранатомета, оба!

Бикоева Нелли Ивановна 1958 г.р.

ул. Мамсурова, 5/21, завуч Государственного Лицея Искусств

С седьмого по девятое мы просидели в подвале, считай, три с половиной дня. В подвале даже воды не было, а обстрел был такой сильный,  что мы не могли выйти, подняться на этаж и бутылку воды принести… На наше счастье, в нашем подъезде грудных детей не было,  все были взрослые, двадцатидвухлетние девочки, они все терпели…  Но то, что происходило вот в эти дни, не сравнимо с тем, что творилось до этого семнадцать лет. Это что-то невероятное… Когда идет такой обстрел, что у тебя дыхание перехватывает,  не знаю, может, военные к этому привыкли, но для мирных жителей, женщин, стариков, детей это был такой ужас –  казалось, сейчас нутро разорвется. Я не знаю как можно обстреливать город из «Града», крупнокалиберными снарядами – я не военный человек, но я знаю, что некоторые снаряды – как их называют, пушечные или как-то так – они запрещенные, так неужели мирный город можно так обстреливать?!

Ужас какой-то, в наш дом было два прямых попадания, масса осколочных, на нашем корпусе ничего не осталось, ни одного целого стекла,  стены искорежены… К счастью, в нашем доме погибших не было, из тех, кто был в подвале, погибших не было. Но те ребята, которые воевать ушли – кто знает? Мы еще не смогли с соседями собраться,  мы созваниваемся, спрашиваем друг у друга, как наши. Про двух соседей мы вообще пока ничего не знаем, одинокие старики Тибиловы: Нана Темболовна и Герас, муж ее. Где они сейчас? Они тоже в нашем подвале были.

Козаева Марина Павловна, 1965 г.р.

Г.Цхинвал, ул. Гафеза, 6/31, заведующая отделом Полиграфического объединения РЮО

Два моих сына вместе с другими мужчинами воюют, они в отряде ополчения, сейчас тоже там. А мы с соседями почти все время сидели в подвале нашего корпуса. Он находится на самой окраине города, дальше за ним – уже Грузия. Всего в подвале нас было десять человек.

Всю первую ночь бомбежек мы провели в подвале, выйти было нельзя, так сильно стреляли. Утром прошли слухи, что грузины контролируют Знаурский район и что села, расположенные близко к городу, они тоже взяли. Мы не верили. Потом вдруг в город с юга вошли танки и поехали по нашей улице. Мы им очень обрадовались, думали, что наконец–то подошли русские… Мы даже выбежали им навстречу. От колонны отошли два танка и направились прямо к нашему корпусу, и мы вдруг увидели на них грузинские надписи. Мы сразу развернулись и побежали обратно в подвал, а танки обошли вокруг нашего корпуса, остановились и начали по нему стрелять. Потом они поехали по нашей улице к постам. Один из этих двух танков наши ребята подбили, а второй упал в оросительный канал. Этим ребятам, которые подбили танк, было где-то от 18 до 24 лет, и из оружия у них были только автоматы, один пулемет и один АГС.

Кочиева Валентина Георгиевна 1953 г.р.

ул. Чкалова, 46. Работает в Интернате воспитательницей.

Мы с сыном и соседями, всего восемь человек, сидели в подвале своего дома. Мой сын – Валиев Владислав, студент в Ставрополе,  был в Цхинвале на практике. Подвал был маленький, не было воды, света, газа, некуда было выйти в туалет. Зарядка мобильных телефонов села, мы не знали, что происходит, не могли позвонить родным, знакомым… Так мы просидели в подвале до десятого числа, до пяти часов утра. Утром, когда было тихо, мы выкрались. На улицах были трупы…

В машине нас было восемь человек. От Цхинвала до села Кусрет  километра три будет, не больше. На этом отрезке я насчитала семнадцать машин – сожженные, расстрелянные…Приехав сюда, я узнала, что мой второй сын, студент из Железноводска, уехал в Цхинвал добровольцем.

Убили моих соседей – глухонемого фотографа Козаева Ираклия и его мать. Его жена Эка, грузинка, теперь беженка, она приехала сюда.

Зассеева Лиана Шалвовна, 1961 г.р.

ул. Героев, 83/16.  паспорт Vi – ТИ 512  089, сотрудница Пограничной службы РЮО

Наш дом находится на южной окраине города, почти на границе. 7 августа с вечера весь дом собрался в безопасном отсеке подвала, старики, женщины и дети – все были там. В проходе поставили стулья, там сидели семнадцать человек. Некоторые уже четверо суток там сидели.

Ночью была страшная бомбежка. Утром стало чуть потише, некоторые вышли во двор, поднимались смотреть  свои квартиры. Во дворе от попавшего снаряда загорелся сарай, огонь мог перекинуться на корпус, и мы начали его тушить. Вся южная стена нашего дома разрушена, ее вообще больше нету.  

После девяти снова начался  сильный артобстрел, мы снова спустились в подвал. Где-то в 10:15 наш сосед выглянул в щель из подвала и сказал, что на улице танки с грузинскими надписями, а за ними шла пехота, наверное, спецназ, все в черной форме, мы слышали грузинскую речь. Проезжали два танка, потом шла пехота, потом еще два танка – и опять пехота… Мы не могли поверить, что они вот так просто входят в город, они никогда линию обороны не прорывали.

Понятия «время» для меня три дня просто не существовало. В подвале было темно, страшно. Никто не знал, выживет ли он, или смерть настигнет именно здесь. Кричать было бесполезно, можно было рыдать в полный голос, но звук взрывающихся зарядов перекрывал все. 

О том, что прошло три дня я осознала только тогда, когда выехала из разрушенного и сожженного Цхинвала.

Надежда

Среда 7 августа прошла под знаком надежды. Весь день все жители Южной Осетии ждали результатов приезда спецпредставителя президента Грузии  по конфликтам- Тимура Якобашвили.

Журналисты  всех информационных агентств за два дня до того буквально заваливали Юго- Осетинскую часть Смешанной контрольной комиссии по урегулированию грузино-осетинского конфликта звонками. Однако никто не мог дать хоть мало- мальски вразумительного ответа, потому что на самом деле все решалось на уровне консультационных переговоров Якобашвили и сопредседателя СКК от российской стороны Юрия Попова. Последний  прилетел накануне в Тбилиси. Приезда Попова ждали и в Цхинвале. Наконец, вечером 7 августа среди журналистов прошла информация, что и Попов и Якобашвили все же приехали в Цхинвал, и встречаются с Командующим ССПМ Маратом Кулахметовым. Представителей Юго-Осетинской стороны на ней не было.

Наконец, всем югоосетинским журналистам передали приглашение от главы пресс-службы ССПМ Владимира Иванова на  пресс-конференцию в Штаб миротворческих сил. Естественно все живо откликнулись на это приглашение и помчались в миротворческую часть, которая располагается в Цхинвале.